Фанкряж останется в России: возможные последствия и перспективы введение квот на экспорт

Фото: Segezha Group

Фанкряж останется в России: возможные последствия и перспективы введение квот на экспорт

Источник: ПроДерево

17 июля Дмитрий Медведев подписал постановление о введении квот на экспорт фанкряжа, которое обсуждалось в отрасли еще с 2016 года. Именно тогда отечественные производители фанеры столкнулись с дефицитом сырья из-за увеличившегося экспорта леса в Китай и забили тревогу. Ситуация развивалась не так быстро, как ожидали многие, проект постановления менялся, но в итоге решение было принято.

Постановление №836 «О введении временного количественного ограничения на вывоз бревен из березы за пределы территории Российской Федерации в государства, не являющиеся членами Евразийского экономического союза» признает существенную важность этого вида сырья для внутреннего рынка и устанавливает количественное ограничение (квоту) на вывоз бревен из березы диаметром наименьшего поперечного сечения не менее 15 см, длинной не менее 1 м (код 4403 95 000 1 ТН ВЭД ЕАЭС), при помещении под таможенную процедуру экспорта в размере 567 тыс.куб.м.

Казалось бы, мера ожидаемая, но в отраслевом сообществе отнеслись к нововведению по-разному. Какие могут быть последствия принятой меры, какие возможности она открывает перед отечественными производителями и открывает ли, по мнению участников отрасли, выяснил портал «ПроДерево».

Борис Френкель, заместитель генерального директора ООО «СВЕЗА-Лес»

- На мой взгляд, это очень положительное явление. Сейчас существует низкий спрос на березовый баланс. Если бы не эта проблема, то введение квот оказало бы на рынок негативное воздействие, и привело бы к ограничению в развитии изготовителей. Если бы спрос на баланс и на кряж рос равномерно, то рос бы и объем заготовки, а поскольку за рубежом растет спрос лишь на российский кряж, то происходит физическая нехватка сырья для российских переработчиков. В случае с ограничением введенная мера никак не повредит лесозаготовителям и улучшит ситуацию для переработчиков древесины. Необходимо также учитывать, что экспортируя кряж, мы начинаем конкурировать с иностранными переработчиками на зарубежных рынках фанеры. Приобретение кряжа российской березы позволяет иностранным компаниям производить собственную качественную березовую фанеру. То есть в этом случае добавленная стоимость достается именно переработчику, а не экспортеру.

Алексей Бесчастнов, старший консультант Pöyry Management Consulting

- У ограничения на экспорт фанкряжа есть бесспорный краткосрочный плюс - стабилизация ситуации с сырьем для фанерных заводов в РФ. Есть и долгосрочный плюс - появляется дополнительный (пусть и не огромный) аргумент в пользу запуска новых мощностей по выпуску фанеры в РФ. Из более-менее крупных плюсов - все. Из краткосрочных минусов: снижение рентабельности для заготовителей, особенно в лесах с высокой долей березы; и почти неизбежная чехарда с ценами. Из долгосрочных минусов: часть заготовителей могут уйти из бизнеса (впрочем, это скорее приведет к дальнейшему укрупнению в отрасли, а не к потере объемов); и часть инвесторов в ЛПК в целом может расценить риски нестабильности законодательного поля в ЛПК РФ как слишком высокие - и отказаться от намеченных проектов. Последнее относится к любым резким изменениям в законодательном поле, особенно в отраслях с низкой маржинальностью - когда даже небольшое изменение законодательства/цен может резко отразиться на прибыльности. И здесь стоит заметить, что ограничение на экспорт фанкряжа выглядит в целом неплохо по скорости (предсказуемости, обдуманности) введения ограничений и по оправданности - есть гораздо более жесткие примеры того, как правительство РФ устраивало «неожиданности» для ЛПК.

Про ограничение на экспорт фанкряжа можно сказать, что в краткосрочной перспективе плюсы, вероятнее всего, перевешивают минусы. В долгосрочной перспективе - если перевес и есть, то он совсем небольшой. Вся эта ситуация напоминает то, что мы видели с временным запретом на экспорт макулатуры из РФ в 2015-2016 г.: громкие заявления про риски для отрасли, для конкурентоспособности, для выживания моногородов, где расположены заводы по переработке макулатуры; введение запрета; обрушение цен на макулатуру (на 24% за время действия запрета); громкие заявления про «искусственную карательную монополию переработчиков», угрозы для бизнеса по сбору макулатуры и для объемов сбора в будущем; отказ от продления запрета. Возникает вопрос: нужен ли был запрет?

Если взглянуть на всю эту ситуацию шире («как в учебнике»), то любой запрет хуже, чем отсутствие запрета. Хотя бы потому, что любой запрет - это субсидия (а субсидии развращают, мешая работе над эффективностью); и любой запрет требует администрирования (а это увеличивает общие издержки в системе). Ну и, конечно, растет непредсказуемость, снижая долгосрочную инвестиционную привлекательность отрасли. И если принято решение идти на какой-то запрет, то (в теории): он должен быть ограничен во времени (временная поддержка отрасли вместо постоянного субсидирования, «хочешь выжить - у тебя есть шанс повысить эффективность, но это нужно делать не откладывая!») и по силе (плавный, предсказуемый). В частности, с этих позиций пошлина лучше полного запрета (и, вероятно, лучше квотирования), хотя пошлина и проигрывает полному запрету по расходам на администрирование и по рискам коррупции.

Введение субсидий для переработчиков в ситуации, когда они заведомо находятся в более выгодных условиях (например, из-за географической близости к сырью по сравнению с теми, против кого вводится запрет), еще сильнее указывает на недочеты в эффективности - причем не только на уровне переработчиков, а во всей связке «страна как место переработки». Если у Китая есть возможность доставлять российский фанкряж (из Европейской России в Китай!) и производить продукцию с прибылью, а у российских производителей нет такой возможности (при том, что они изначально платят за это сырье меньше - на разницу в доставке, в таможенном оформлении и в рисках международной торговли), то это означает, что «России как месту переработки» нужно повышать эффективность. Сам факт введения запрета говорит о низкой эффективности. Есть о чем задуматься.

Александр Когогин, председатель Совета директоров ООО «Поволжский фанерно-мебельный комбинат»

- Китайцы еще минимум год назад начали ставить по России лущильные линии для производства шпона, линии распиловки березовых бревен на ламели для мебельного щита, опережая принятие постановления об ограничении вывоза российской березы. Поэтому на короткое время квотирование экспорта фансырья даст результат, но и китайцы будут просто больше ставить новых производств – линий для производства шпона и лесопильных линий, чтобы вывозить вместо круглого леса шпон и ламели.

Василиса Хяннинен, консультант по ЛПК России компании «Индуфор»

- За последние 5 лет экспорт березового кряжа из России вырос почти в три раза, причем одновременно наблюдался стремительный рост мощностей по производству березовой фанеры. Согласно статистике, с 2013 года рост цен на фанерный кряж составил более 65% в национальной валюте и сейчас практически достиг уровня цен в Финляндии. Несомненно, в короткой перспективе данные ограничения положительно повлияют на уровень цен и доступность кряжа хорошего качества для российских производителей фанеры. Ни для кого не секрет, что на данный момент многие поставщики «отсортировывают» сырье лучшего качества для китайских покупателей, которые привлекают высокой платежеспособностью.

Однако, в долгосрочной перспективе эффект такого нововведения скорее всего, будет негативным для российских фанерщиков.

Во-первых, глубокой причиной дефицита кряжа является хронический дисбаланс между отечественным потреблением березовых балансов и березового кряжа. В частности, всего несколько целлюлозных комбинатов и производители плит перерабатывают березовые балансы; выручает экспорт в Финляндию. Таким образом, при низком спросе и уровне цен на березовые балансы, заготовители вынуждены аллоцировать большую часть затрат на кряж. Если ценовой премиум от экспортных покупателей сократится, заготовители будут вынуждены снизить объемы заготовки – мы опять вернемся к дефициту сырья, который будет еще больше подогрет заявленными инвестициями. По оценкам «Индуфор», если все заявленные инвестиции реализуются, то ежегодный выпуск российской березовой фанеры увеличится на 1.2-1.4 млн куб.м.

Во-вторых, рост сырья был отмечен практически для всех сортиментов, и это связано, в частности, с исчерпанными ресурсами вблизи готовой инфраструктуры, сезонностью заготовки ввиду отсутствия круглогодичных дорог и сокращением окна заготовки. К сожалению, ограничение экспорта не решит эту проблему. Кроме этого, больше половины березового кряжа экспортируется из регионов, где отсутствует производство березовой фанеры (Сибирь, Дальний Восток) ввиду удаленности от экспортных фанерных рынков. Таким образом, возникает вопрос в целесообразности введения ограничения на национальном уровне.

Юрий Стрежень, генеральный директор ООО «Группа Практика»

- В ближайшей перспективе принятая мера ничего не даст. Во-первых, китайцы и до этого много покупали и покупают «в черную». Во-вторых, они уже начали строить небольшие заводы по переработке леса (в той или иной форме) в России на границе с Китаем. Пока мы думали вводить или не вводить ограничения, они оказались на шаг впереди. Сейчас середина лета, значит, еще остались зимние запасы сырья, остановы фанерных комбинатов только начинаются. Но из общения с большинством комбинатов, в целом они чувствуют себя нормально, постепенно тонкомер осваивают и выпуск фанеры комби твин - из осины и хвои... Если мы хотим действительно получить эффект от подобного заградительного мероприятия, то объем должен быть в разы больше. Простая арифметика: в России производят порядка 5 млн куб.м фанеры * 2,5 расход сырья, а то и на все 3, получаем 12,5-15 млн.куб.м фанкряжа общее потребление, 500 тыс. куб.м это 4% от общего потребления - капля в море. Есть ощущение, что власти для отвода глаз ввели ограничение на экспорт факнряжа - показать, что какая-то работа идет, что-то предпринимается, отраслевой бизнес услышан... Посмотрим, как будут развиваться события дальше...

Тимур Иртуганов, генеральный директор Ассоциации предприятий мебельной и деревообрабатывающей промышленности России

- Ассоциация как раз представляла интересы бизнеса при взаимодействии с Минпромторгом России по подготовке проекта постановления, который уже и был направлен в Правительство. И с уверенностью могу сказать: введение квот на экспорт фанерного кряжа – сейчас это назревшая и необходимая мера. Во главе угла при решении подобных вопросов всегда должны стоять интересы отечественных производителей. Не тех, кто продает необработанный лес, а тех, кто его перерабатывает. Принятое постановление полностью соответствует этому императиву.

При этом полугодовой срок действия, с одной стороны, поможет сохранить необходимые объемы сырья для отечественных производителей фанеры, с другой стороны, собрать необходимую статистику для обоснования дальнейших действий, чтобы аргументированно говорить о пролонгации и даже расширении действия постановления, либо же о его надуманности. От лица ассоциации могу сказать, что у нас не вызывает сомнения необходимость данной меры и мы будем и дальше прикладывать усилия для подготовки обосновывающих документов на продление действия постановления. Но при этом необходимо считаться и с мнением лесозаговительных компаний. В России на сегодняшний день заготавливается только порядка трети расчетной лесосеки, поэтому в первую очередь нужно говорить о создании условий для роста лесозаготовок, но только не в ключе лишения сырья отечественных переработчиков.


Напомним, с проблемой дефицита сырья столкнулись не только производители фанеры. Нехватка леса как такового отмечается и рядом плитных комбинатов. И эта ситуация так же требует решения на уровне государства. Как ранее писал портал «ПроДерево», если в Сибири или на Урале еще есть неарендованный свободный лес, то в европейской части России – там, где располагается большинство плитных и фанерных комбинатов, леса находятся в аренде, и забрать их под нужды деревообрабатывающих предприятий физически невозможно. Соответственно, переработчики, не добившиеся собственных лесосек, вынуждены приобретать по остаточному принципу древесину, неотправленную из-за низкого качества на экспорт, на неконкурентных условиях, так как на внутреннем рынке не хватает необходимого количества и качества древесного сырья. Условия эти формируют продавцы-арендаторы лесных угодий, а им далеко не всегда выгодно проводить напрямую сделки с перерабатывающими предприятиями. Кроме это существуют и другие проблемы, тормозящие развитие отрасли. Как отмечают сами деревообработчики, речь о необходимости преодоления дефицита подвижного состава при железнодорожных перевозках и увеличении допустимой массы транспортного средства при автомобильных перевозках продукции ЛПК и др.

Реклама

Возможно, вам это будет интересно