Опилки на экспорт

Фото: Татьяна Андреева/РГ

Опилки на экспорт

Источник: Российская Газета Андрей Мехренцев (и.о. ректора Уральского государственного лесотехнического университета)

Все деревообрабатывающие предприятия Свердловской области так или иначе занимаются переработкой отходов: одни используют опил для производства пеллет, другие из биомассы изготавливают древесно-стружечные плиты, третьи сжигают щепу и получают тепловую энергию для собственных нужд. Тем не менее процент перерабатываемых отходов незначителен.

К примеру, у нас совсем не используются отходы лесозаготовки - сучья, пеньки, вершинки, обломки стволовой древесины. А в развитых странах (я беру за образец Финляндию) их собирают, складывают в штабеля и сушат, чтобы в будущем использовать в качестве топлива. У нас же все это остается в лесу. Отходы деревообработки перерабатываются, но тоже не полностью. Из коры получают топливо и соединения для химической промышленности, а щепа, горбыль, опилки, отходы фанерного производства идут на изготовление древесных плит.

На производство пеллет и древесных брикетов ориентирована отдельная группа предприятий. В Свердловской области их около трех десятков, в основном малый бизнес. Общий объем производства - порядка 50 тысяч тонн в год. Но это капля в море. По моим подсчетам, ежегодно в регионе производится около 500-700 тысяч кубометров отходов деревообработки и примерно столько же лесосечных отходов. Еще 1,2 миллиона кубометров древесины заготавливается на топливные и технологические дрова.

То есть из семи миллионов кубометров ежегодной заготовки леса порядка 2,5 миллиона составляют отходы, что соответствует почти 700 тысячам тонн условного топлива. Для сравнения: все негазовые котельные Свердловской области, а их порядка 2300 штук, потребляют 550 тысяч тонн условного топлива в год. То есть, даже если забыть о лесосечных отходах и оставить их гнить в лесу, необходимое котельным количество условного топлива можно получить только из отходов деревообработки. По сути, мы уже сейчас можем отапливать малые города и поселки за счет недорогого и экологически чистого нормированного топлива.

Все спрашивают: сколько это будет стоить? Отвечаю: древесина не может конкурировать по цене только с газом. Но во многих районах о газе пока и речи не идет. Там топят углем, который везут из Кузбасса, или мазутом, который тоже не производится в области, или вообще электричеством. Муниципалитеты регулярно получают на это субвенции. Но деньги можно было бы потратить разумнее: перевести котельные на биотопливо, производимое здесь же, и не терять энергию при передаче по проводам и теплотрассам.

До тех пор пока государственной программы нет, муниципальные власти не станут проявлять инициативу, а продолжат топить котельные привозным углем

Ни в одной стране мира технологии энергообеспечения территорий за счет низкосортной древесины не являются в полной мере рыночными. В той же Финляндии, к примеру, государство предоставляет налоговые льготы заготовителям, убирающим из леса лишнюю биомассу, которая может стать причиной лесных пожаров. Поэтому разговоры о том, что для нас биоэнергетика экономически неэффективна, - не стратегический подход.

Я уверен: нам нужна государственная программа, которая обяжет муниципальные власти повышать энергетическую эффективность, отказываясь от дорогих и неэкологичных видов топлива. В северных районах области, где вокруг одни леса, можно было бы провести эксперимент по полному переводу населенных пунктов на отопление биотопливом. Но, до тех пор пока государственной программы нет, муниципальные власти не станут проявлять инициативу, а продолжат по по традиции топить котельные привозным углем.

Несколько лет назад областное правительство попробовало запустить проект по переводу муниципальных котельных на биотопливо. Но он оказался, мягко говоря, неудачным. Лесопромышленникам сказали: вам нужно перерабатывать отходы, вы и модернизируйте котельные за свой счет и поставляйте для них топливо. Это называлось «формировать рынок под себя». Несерьезно. Одно дело, когда компания закупает в Европе партию небольших котлов и продает ее владельцам коттеджей в области, обязуясь обеспечивать их пеллетами, и совсем другое - переоборудовать старые муниципальные котельные, многие из которых работают по полвека и больше, и создать запас топлива для каждого муниципалитета. Этим должны заниматься именно власти, а не предприниматели.

К слову, обеспечить территории котлами сегодня не проблема: в Екатеринбурге уже выпускаются универсальные агрегаты, которые могут работать на пеллетах, брикетах, дровах и щепе. И деньги-то в бюджете вроде бы есть. Но никто не хочет озаботиться тем, чтобы перевести нашу «грязную» угольную теплоэнергетику на чистое биотопливо. Прошедший Год экологии нас к этому не очень приблизил, к сожалению.

Поэтому пока наши производители пеллет в основном отправляют товар в Европу. Цены там подросли, так что поставки стали экономически эффективными. Когда будет железная дорога до порта Сабетта, уральское биотопливо повезут на экспорт большими партиями. Хотя на самом деле это абсурд: использовать пеллеты эффективно можно только на 100-150 километров от места их производства, иначе ни о каком энергетическом балансе при транспортировке древесного топлива речи идти не может.

Реклама

Возможно, вам это будет интересно